понедельник, 25 января 2010 г.

Мне тебя уже не поднять/ не охранять твой сон/ не буду сказкой на пальцах.

Орёл или решка.

Пусть это будет революция, шизофрения и вешалка. Когда последняя моя белая пешка. Спрыгнет с доски в безысходности. В чужие прощай/прости. Воздушный зАмок. Сдулся и перестал расти. Ты разводила кактусы. Изобретала грустные статусы. В компании декабря, подушки и шоколадной пасты. Срываешь никотиновый пластырь. Я отвернусь от глаз. В которых не мог наплаваться. Ты хочешь поставить сумку. Раздеться. Успеть наплакаться. Набрать горячую ванну. Лечь в неё. Мастурбировать. Нельзя отдать ремонтировать. То, что разбилось вдребезги. Переродилось в песок и брызги. Осело пылью на абажуре. Ты хочешь утренний кофе, дом на троих и Джареда Лето в миниатюре. Слушаешь фолк. Сметаешь всё с книжных полок. Читаешь любую херню. И веришь - в конце будет про меня. А мне тебя не спасти. Мне тебя уже не поднять/ не охранять твой сон/ не буду сказкой на пальцах. У Туве Янссон. Тебе не быть моей панацеей/ моей мессией / моей Ри Расмуссен. Не ставить чайник и не просить подвинуться.

А я хочу просто влюбиться.

Лечь спать в одиннадцать.

Видеть море.

***

Ты погадаешь на будущее. Когда же всё будет лучше. Не помогают ни карты, ни блюдца в кофейной гуще. Детали головоломки недостающие. Счастливые обладатели master card. Не знающие слов

«пробник»

«эконом класс»

«плацкарт»

Все эти прямоходящие, курящие, надушенные, непьющие, со вкусом и дорого упакованные. Всё время куда - то командированные. Идущие, бегущие и летящие. Там, среди них, то самое твоё настоящее. Такое близкое и теплокровное млекопитающее. Которое скажет

Давай обнимемся.

Где романтичные фильмы,

В которых мы никогда не снимемся?

Кто мне сотрёт всё прошлое. И где же оно, всё хорошее. Где же оно всё прячется. Жилетка, к которой все почему - то тянутся. В которую с удовольствием плачутся. Как оказалось - без яркого ярлыка, совсем не модная, потаскана и великА. И не нужнее сломанной сигареты. Когда тебе уже поперёк горла собственная френдлента. Ты больше не пишешь повесть. В которой лиргероиня трижды легла под поезд, ей спать не давала совесть. Она ежедневно вставала в шесть. И раздавала всем по кусочку личного. Ты заведёшь себе хомяка, назвав его гаемричи. Пялишься в метро на таблички.

Думаешь о том

Кто главный

Кто дёргает здесь за все ниточки.

И где его вообще носит.

Комментариев нет:

Отправить комментарий